|
|
|
|
Творчество КреатиF
/
Проза (своё)
Люди
|
sabor
|
26-07-2010 / 22:05 |
773 просмотров |
[40 комментариев]
|
Недавно в Креативе была затронута интересная тема - вот-вот должны появиться сверхлюди... Ну как было пройти мимо?
Люди.
- Еще парочку «Ратушового», Эжен! Сегодня на твоей улице праздник!
Лиловое лицо Эжена, хозяина «Лагуны», задорно лоснилось . Еще бы! Впервые за несколько последних лет дела его пошли в гору. Продержалась бы эта жара еще недельку… а лучше месяц… Это ведь надо было пережить - годы беспрерывного дождя! В «Лагуну» захаживали разве что бесплатный «Вестник» полистать. Его теперь не листают – отрывают с руками, как горячие пирожки. И все из-за прогнозов погоды. А прогнозы у столичных синоптиков – как показания прожженных рецидивистов : «по-видимому… можно ожидать… местами…» Жара тем временем не спадала, и жажда требовала водопадов пива. К нему пристрастились даже те, кто не употреблял ранее.
Вот с пыльной Ратушовой площади завернул в «Лагуну» Тадеуш Нос. Впрочем, по паспорту у него была, наверное, иная фамилия… Но кто спрашивает паспорт в кафешке? Разве только пристав… А не назвать парня Носом было положительно невозможно - это украшение на его лице было по-настоящему выдающимся: большущее, с розовыми прожилками, вечно шмыгающее.
«Аллергия у меня. На сырость », - говаривал Тадеуш, сморкаясь в застиранный носовой платок. «Ну, малый, у нас тебе и помирать с этой аллергией» - добродушно утешал тогда Эжен носатого посетителя. К ущербности своей Нос привык, характером был покладист и незлопамятен, посему посетители относились к нему добродушно и подтрунивали беззлобно. Иногда Эжен, входя в сложное финансовое положение Тадеуша, угощал парня за счет заведения – благо, спиртного тот не пил. Да и официантка «Лагуны», Татьяна, женщина незамужняя и грубоватая, к Тадеушу относилась покровительственно и жалела, как несмышленыша. Вот только с изменением погоды что-то и в нем стало меняться , ставя порой окружающих в тупик.
***
На площади к тонкому запаху пыли и перегретого базальта добавились мощные запахи «Лагуны» - Тадеуш улыбнулся и свернул в кафешку. Крылья его чуткого носа трепетали в предвкушении гастрономических удовольствий, и хотелось петь. Подумать только! – сколько горести и унижений доставлял ему нос еще недавно, и как все изменилось с отступлением сырости, а с ней и аллергии! Мир перестал быть серым и будничным, он наполнился цветами, красками и – главное! – запахами.
В «Лагуне» заработал, наконец, музыкальный аппарат - говорят, его Хуан починил. Посетители не жалели «пятачков», вот и сейчас Тадеуша встретила тихая довоенная музыка. «Проходит жизнь, как ветерок по полю ржи…» А в зале стоял немного мыльный запах пивной пены и горечь от пережаренного масла телячьих отбивных!
Из полутемного угла помахала чья-то рука – Наруми. Тадеуш улыбнулся другу и направился прямиком к его столу. Сдержанный и тихий Наруми, по обыкновению, был один за столиком. Рядом хлопотала только Татьяна, принесшая заказ .
- Привет Тадик, таракашечка! – обрадовалась она. – Ты, вроде, пиво пьешь теперь? «Ратушовое» будешь? Свежее! – только подвезли… Заведение угощает!
Тадеуш смущенно покосился на Эжена, но тот приветливо помахал из-за стойки розовой ладошкой, и Тадеуш кивнул.
- Прибет, Тадеуш! – по японской своей привычке Наруми не выговаривал «в», но все к этому привыкли. – Оценил-таки, что пибо лучше, чем бода?
- Я теперь многое оценил, дружище! – улыбнулся Тадеуш и тихо добавил подошедшей Татьяне, - спасибо, что налила из маленького кегля! Мне кажется, что «Ратушовое» , которое Эжен разливает… не очень… по запаху.
- Что с тобой, таракашечка? – Татьяна тревожно подобралась, глядя, как удивленно стал нюхать свое пиво Наруми. – Ты изменился… жаль!
***
Местная футбольная команда в очередной раз провалила чемпионат. Но это событие, еще недавно вызвавшее бы бурю возмущения, прошло незамеченным. Жара все усиливалась, и невозможно было представить , что можно жить без сиесты, заставляя себя работать или в футбол играть.
В «Лагуне» подорожали выпивка и закуски, но посетители не роптали – на полях выгорал ячмень, засыхал хмель, исподволь наползала продуктовая паника… Эжен, поминутно вытираясь мокрым платком, устал объяснять посетителям, что жару не выносит, что в Африке таких температур не бывает.
- Жарко? Пей наше фирменное! И жизнь станет проще и веселей! – вырабатывал Эжен новый свой слоган. – Вот поглядите на нашего Носа! Каким он был еще недавно? А теперь «Ратушовое» из него человека сделало! Улыбается-то как!
Тадеуш Нос действительно победно улыбался, сидя за отдельным столиком, но улыбаться в ответ не очень хотелось…
«Здорово, Дэвид! Заходи, отведай чечевицы! Получше, чем у твоей сегодня утром получилась!..»
«Что- то ты сегодня испуганный, Аркадий… Неприятности на работе? Пропусти бутылочку, забудься!..»
Откуда он все знает? Как вынюхивает? Хотя, с таким-то носом…
***
Страшно было вспоминать, как остервенело он сморкался еще месяц назад! Теперь Тадеуш лишний раз дотронуться до носа боялся. Благодаря ему все вокруг становилось выпуклым, стереоскопическим каким-то, как целлулоидные картинки в бинокуляре в детстве. И люди… Тадеуш горько скривился. Ему казалось в начале, что и они чувствуют то же, что и он. Что отличают запахи песка и пыли, березы и каштана… Но как только увидел округлившиеся глаза, когда он говорил, какое кофе они пили на завтрак, понял: они ущербны. Слышат только грубые запахи. Вонь, можно сказать. Да и эти людские чувства … Все примитивно. Думают, что имеют приватную жизнь, а между тем все у них – как раскрытая книга. Они потеют по всякому поводу. Чуть-чуть. Но этого достаточно, чтобы услышать пряный запах вожделения, острый – страха, уксусный – недоумения… Пришлось менять представление о самых близких. Еще недавно Тадеуш думал: Татьяна – друг. Теперь он поразился, поняв, что она к нему неравнодушна. Можно было бы сказать – любит… но при этом спит с Эженом – у них все запахи перемешались. К тому же они панически боятся, что об этом узнают… Эх, Татьяна! Да, впрочем, какая там дружба среди людей…
***
- В общем, Нос, я что должен тебе сказать, - Эжен мучительно подбирал слова, не так часто приходилось отваживать посетителей от заведения. – Ты не приходи сюда больше. Можешь обижаться…Я могу лишиться клиентуры! Мне все равно, что там у тебя произошло, отчего это ты таким умным стал у нас... Но от тебя уже люди шарахаются! Чушь несешь всякую…
Тадеуш задумчиво оглядел «Лагуну» . Сколько страстей здесь пережито. Сколько нелепостей нафантазировано. Сколько надежд…
- Чушь, говоришь? – в голосе Тадеуша не было обиды. – Пусть так – все чушь. То, что ты пиво всякой мыльной дрянью разбавляешь. Что спишь с Татьяной…
Эжен старательно избегал смотреть Носу в глаза, протирая бокалы, но было видно, как у него дрожат руки. Татьяна же, что протирала столы в пустой кафешке, осторожно опускалась на стул, словно боясь обжечься.
- Все нормально – обыкновенные люди. Бояться только – чего? Скучно мне с вами… Вот и ты, Наруми, - продолжал говорить только что вошедшему другу Тадеуш, хотя стоял спиной ко входу. – Все у нас здесь не так? Не те люди, дела и поступки? Ехал бы к себе в Японию – чего ж маяться-то? Ну, в общем, Эжен, мог бы и не страдать в плане моего отлучения – я проститься зашел. Прощайте.
И Тадеуш, слегка задев Наруми плечом, вышел из «Лагуны».
В гнетущей тишине было слышно, как звякают бокалы в руках Эжена, да всхлипывает Татьяна в углу.
- А бы бы знали, чего он Якобу нагоборил! – тихо отозвался Наруми. – Он, Якоб, не ангел… конечно… Но работодатель бсе-таки. Уболил Тадеуша! Как он жить теперь будет?
- Что мы ему теперь? Что за жизнь здесь-то? Покидает он нас, Нос Великий!- и Эжен трахнул бокал о мраморный пол.
***
Тадеуш зашел в библиотеку. Первый раз в жизни. Как пахли книги! – он долго не мог уйти… А зашел с тем, чтобы в читальном зале полистать книги на религиозные темы. Он пролистывал, пристально вглядываясь в лики богов, стараясь определить: какие у них носы? Носы разочаровывали – ничего выдающегося. Тадеуш раздраженно захлопнул фолианты – а кто их рисовал, богов-то? Если напрячься – один запах еды кругом… Вот и святых рисовали, небось, за миску чечевичной похлебки! Тадеушу же еда теперь была не нужна: он понял, что можно быть сытым одними запахами – важно только, чтобы это не были запахи грубой людской еды. Есть такая субстанция… поле такое… Оно везде. Не только на Земле, наверное… Если научиться его правильно вдыхать – еда будет не нужна. Все это глупости – люди, работа, еда, страсть… Оказывается, можно научиться летать! Надо для этого похудеть малость… и отдохнуть. Отрешиться от моря запахов, забыться…
***
Проснулся Тадеуш с тяжелой головой . За окном был день… или вечер? Сколько же он спал? Под шум дождя за окном… Дождь!!! Тадеуш с ужасом попытался втянуть воздух носом…
Ноги были ватными, словно заново приходилось учиться ходить. Дождь промочил до нитки… не важно. Есть хотелось до невозможности! Тадеуш опомнился только тогда, когда оказался на пороге «Лагуны». Вода стекала, образуя лужицу у ног… Сейчас выгонят. И идти некуда.
Тадеуш, словно в тумане, осмотрелся. Вот Эжен, искоса поглядывая, нервно протирает бокалы… Молчит, не гонит…
В зал с подносом зашла Татьяна и остановилась, побледнев. Они встретились глазами… Время остановилось. Не было ничего кругом – только больные глаза Татьяны… Несмело, одними губами улыбнулась…
За окном блеснуло солнце,и тут же Наруми, помахав рукой, пододвинул бокал.
|
|
|
Публикация отредактирована :
Skunk 26-07-2010 / 22:32:31 sabor 27-07-2010 / 06:41:52 |
|
|
|
|
|
|
Рекомендуем
